Arms
 
развернуть
 
163000, г. Архангельск, ул. К. Маркса, д. 20
Тел.: (8182) 63-98-40, 63-98-00, (8182) 63-97-00 (ф.)
oblsud.arh@sudrf.ru
163000, г. Архангельск, ул. К. Маркса, д. 20Тел.: (8182) 63-98-40, 63-98-00, (8182) 63-97-00 (ф.)oblsud.arh@sudrf.ru
ПРЕСС-СЛУЖБА
Новость от 27.02.2017
Опубликовано интервью участника рабочей группы Совета судей России по вопросам дружественного к детям правосудия, судьи Архангельского областного суда Владимира Федоровича Ротькинаверсия для печати

От семейных побоев – до правосудия для детей

 

Текст

Марина Ледяева

Интервью опубликовано в областной общественно-политической газете «Правда Севера», № 4 от 21 февраля 2017 года

 

Добрых полгода в России не утихают страсти вокруг семейных побоев. Тема возникла в июле 2016-го, когда отменили уголовную ответственность за любые побои, впервые нанесённые постороннему человеку. За то же самое в отношении близких людей по-прежнему приходилось отвечать по всей строгости УК РФ. 

 

Многие россияне сочли это несправедливым и чуть ли не подрывающим институт семьи. В итоге недавно Госдума приняла, а президент подписал новые поправки: семейные побои, если они случились впервые, тоже декриминализировали. Но и эти изменения вызвали серьёзные опасения: не умножится ли насилие в семьях? 

 

Откуда пошло название «закон о шлепках»? Что такое дружественное к детям правосудие и благодаря чему в Архангельской области успешнее, чем в других регионах, прижилась медиация – примирение сторон с участием посредника?

 

На эти сложные темы мы побеседовали с судьей Архангельского областного суда Владимиром Ротькиным.

 

Владимир Федорович, давайте начнем с июльских перемен: в чем была суть декриминализации побоев и зачем она вообще понадобилась?

 

До этих нововведений за побои и причинение физической боли, даже однократное, наступала уголовная ответственность – по части 1 статьи 116 УК РФ. Теперь за эти деяния введена административная ответственность, то есть наказание значительно уменьшилось. В кодексе об административных правонарушениях появилась соответствующая статья 6.1.1, которая предусматривает до 30 тысяч рублей штрафа, до 120 часов обязательных работ либо до 15 суток ареста.

 

А вот для близких лиц уголовная ответственность осталась и даже усилилась. Прежде в статье 116 УК РФ было две части: первая - просто побои, а вторая - из хулиганских или расовых побуждений, то есть с квалифицирующими признаками. В новой редакции первую часть убрали, и вторая автоматически стала всей статьёй 116, в которую вошли и побои близких лиц.

 

В итоге получилось, что наказание для родственников стало серьёзнее, чем раньше. Например, появилось лишение свободы на срок до двух лет, которого в прежней редакции не было.

 

Из-за этого поднялся шум вокруг поправок?

 

Возможно. Но и другие виды наказания ужесточились - увеличился срок обязательных либо исправительных работ.

 

Нововведения сразу окрестили "законом о шлепках". Действительно ли получалось так, что если бы ребёнка шлёпнул посторонний дядя, - к примеру, сосед - он бы отделался административным наказанием, а папа или мама за то же самое могли быть привлечены к уголовной?

 

Если сосед совершил бы такое впервые, то да, он понёс бы только административную ответственность. И как раз для посторонних лиц наказание за побои в новой редакции закона стало мягче.

 

Но за повторное причинение побоев или иные насильственные действия, повлёкшие физическую боль, для них тоже наступает уголовная ответственность. 

 

А с какой целью виновных в нанесении побоев разделили на "своих" и «чужих»?

 

Изначально инициатором декриминализации этого вида преступлений выступил Верховный суд РФ. Но в его предложениях не было такого разделения. Оно появилось на стадии рассмотрения в Госдуме. Почему законодатели так решили - трудно сказать.

 

В итоге две недели назад семейные побои, совершённые впервые, всё-таки тоже исключили из Уголовного кодекса.

 

Соответственно, теперь уголовная ответственность за первое такое преступление осталась только для тех, кто совершил его из хулиганских или расовых побуждений.

 

Насколько декриминализация побоев оправдала себя на практике?

 

Пока об этом рано говорить, потому что практику ещё никто не обобщал.

 

А почему июльские новшества вызвали такой резонанс именно применительно к детям? Прямым текстом о несовершеннолетних там не говорилось.  

 

– Поскольку ответственность за побои ужесточалась, применительно к детям это означало, что ребёнка закон защищал больше, чем его родителей. Такой подход отвечает европейской ювенальной юстиции, но несколько противоречит российскому взгляду на приоритет семьи.

 

– Ювенальная юстиция в России практически сразу стала этакой страшилкой для родителей. Вы занимаетесь вопросами дружественного к детям правосудия. Что это такое и чем оно отличается от ювенальной юстиции?

 

– Понятие «дружественное к ребёнку правосудие» содержится в Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы, утвержденной Указом Президента России от 1 июня 2012 года № 761.

 

Под дружественным к ребенку правосудием подразумевается система судопроизводства, гарантирующая уважение и эффективное обеспечение его прав. В числе основных принципов – соответствие установленных законом ограничений и процедуры обращения с ребенком его возрасту и развитию, уважение его личности и достоинства, признание ключевой роли семьи, восстановительный подход, специальная подготовка судей и так далее.

 

Так сложилось, что у россиян ювенальная юстиция ассоциируется только с возможностью изъятия детей из семьи, хотя содержание этого понятия гораздо шире. Элементы ювенальной юстиции применяются во всех сферах судопроизводства – уголовной, гражданской, семейной, административной. В некотором смысле ювенальная юстиция широко, даже шире, чем в те времена на Западе применялась в СССР – это комиссии и подразделения милиции по делам несовершеннолетних, специализация судей, прокуроров, следователей, адвокатов и многое другое.

 

– Национальная стратегия, которую вы упомянули, действует по всей стране. В чем именно наш регион стал пилотным?

 

– В восстановительном подходе к правосудию, направленном на то, чтобы несовершеннолетний правонарушитель осознал свой проступок, а потерпевший легче пережил случившееся.

 

В целях осуществления Национальной стратегии Правительством России разработана Концепция развития до 2017 года сети служб медиации, которой подразумевается, что этот институт должен действовать по всей стране.

 Но пока он есть далеко не во всех регионах.

 

Архангельская область была одной из первых, где появились медиаторы. Это произошло в 2010 году благодаря сотрудничеству Правительства области с Норвегией. Оно было посвящено профилактике преступности несовершеннолетних, которая включала и медиацию.

 

К тому времени уже было заключено Соглашение о межведомственном сотрудничестве в сфере внедрения элементов ювенальной юстиции в уголовном судопроизводстве в Архангельской области (ныне действует новое Соглашение). Оно стало инструментом развития идеи медиации в области.

 

Нужно отдать должное Елене Алексеевне Дунаевой, которая в те годы работала заместителем председателя комиссии по делам несовершеннолетних при Губернаторе Архангельской области.

 

Она загорелась медиацией и зажгла других людей в Правительстве области, от которых зависело будущее этого проекта.

 

Руководство Архангельского областного суда дальновидно, как показало появление Национальной стратегии и Концепции, поддержало внедрение медиации в судопроизводство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних.

 

Медиация развивается благодаря труду и самоотдаче людей, неравнодушных к судьбам детей, преступивших закон. Такиеэнтузиасты были и есть и во властных структурах Архангельской области, и среди сотрудников учреждений, занимающихся проблемами детей.

 

 Вот уже семь лет в нашем регионе проводятся процедуры примирения сторон с участием посредника по уголовным делам (с участием) в отношении несовершеннолетних. 

Кроме того, процедуры медиации в области проводятся  по материалам об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении несовершеннолетних, не достигших возраста, с которого возможна уголовная ответственность.

 

Проходят период становления и школьные службы примирения.

 

– А почему медиация до сих пор так медленно приживается в стране? 2017-й уже наступил. 

 

Проблема в том, что эта процедура применительно к уголовным делам до сих пор не прописана в законе. Действует только закон о медиации по гражданским делам, но ее применение имеет свои ограничения.

Задача создать сеть служб медиации по уголовным делам с участием несовершеннолетних поставлена на федеральном уровне. Но этому мешает ряд проблем, и это не только правовой вакуум.

 

В первую очередь, нужно подготовить посредников – медиаторов. На сегодня это одна из главных сложностей. Наша область тоже не полностью охвачена – службы медиации работают лишь в 12 судебных районах. 

 

– Кто может стать медиатором?

 

– Теоретически – любой гражданин. На практике медиаторами становятся члены комиссий по делам несовершеннолетних, сотрудники социально-реабилитационных центров и других социальных служб.

 

– Какую подготовку они должны пройти? Есть ли требования к базовому образованию?

 

– Оно должно быть высшим. (В Архангельске медиаторы обучаются в отделении медиации центра психолого-медико-социального сопровождения «Надежда». Заведующая отделением Надежда Алексеевна Дунаева руководит ассоциацией медиаторов Архангельской области.  Ею же разработана и прошла лицензирование 40-часовая образовательная программа подготовки медиаторов.

 

По окончании обучения выдается удостоверение о повышении квалификации по специальности «медиатор». 

 

– Труд посредника оплачивается?

 

– Нет. Получается, что это общественная работа.     

 

– Как происходит примирение? Кто его предлагает?

 

– Еще раз отмечу, что сама процедура никак не прописана в законе. Там просто указана возможность прекращения дела сторон по заявлению потерпевшего и при согласии обвиняемого. Потому что с последнего никто не снимает вину, это нереабилитирующее основание.

 

 

В соответствии со статьями 76 УК РФ и 25 УПК РФ примирение возможно только по преступлениям небольшой и средней тяжести, совершённым впервые. При наличии этих условий следователь или дознаватель направляет заявку в службу медиации.  

 

Посредник её получает и беседует со сторонами. Если они согласны попытаться закончить дело миром, медиатор начинает работу. Обвиняемый и потерпевший общаются. Первый получает возможность понять и почувствовать, что он натворил. Второй – простить обидчика и жить дальше. В случае успеха составляется примирительный договор.

 

Медиация возможна не только на стадии расследования, но и при рассмотрении дела в суде.

 

- Всегда ли дело заканчивается миром?

 

- Не всегда, но более половины попыток – точно.

 

- Значит, у института примирения есть будущее?

 

- Безусловно. Нельзя заранее сказать, будет ли подросток, который прошёл медиацию, и дальше совершать преступления. Но число рецидивов среди таких несовершеннолетних примерно в два раза ниже. Уже только ради этого имеет смысл развивать службы медиации.  

 

опубликовано 27.02.2017 14:44 (МСК)